Самая темная ночь - Страница 27


К оглавлению

27

— Отбой тревоги! Я их нашел. Нет, нормально, все целы и невредимы. Выбираемся, я на связи.

Из леса вышли на удивление быстро. Прошло всего каких-то пятнадцать минут, и набрели на ту самую развилку, которую видели во время похода к реке. Дальше дело пошло веселее, даже пес, кажется, наконец ожил. Первые капли первой в этом году грозы застали их у лагерного забора.

В лагере их уже ждали. В тесную сторожку охранника набилось столько народу, что не развернуться. Шаповалов с мрачным и не предвещающим ничего хорошего лицом сидел за обшарпанным столом, рядом на стуле пристроилась медсестра. Вид у нее был испуганный, словно это она сама заблудилась в лесу посреди грозы. Суворов метался по комнате, как тигр в клетке, и, даже когда они, промокшие до нитки и продрогшие до костей, переступили порог сторожки, он не успокоился. На лице начальника читалось бешенство пополам с облегчением.

— А вот и наши бегуны! — Шаповалов расцепил сплетенные в замок пальцы, побарабанил ими по столу. — На что вы рассчитывали, молодые люди? Думали, как партизаны, лесами-болотами добираться к своим? — Он говорил спокойно, но левый глаз за стеклами очков заметно подергивался.

— А мы никуда не бежали. — Гальяно клацнул зубами, просительно посмотрел на Суворова.

— А, что же, позвольте узнать, вы делали за ограждением? — спросил Шаповалов.

— Не было никакого ограждения, — поддержал Гальяно Матвей. — Мы шли, искали этот ваш нож, а потом вдруг поняли, что заблудились.

— Да что же вы врете! — Суворов стукнул кулаком по подоконнику, виновато улыбнулся в ответ на неодобрительное хмыканье Шаповалова. — Мы с ним, — быстрый взгляд на безучастного охранника, — проверили все. По периметру обошли. Все там в порядке, все на месте.

В подтверждение его слов охранник кивнул. Гальяно с Матвеем обменялись удивленными взглядами. Дэн с отсутствующим видом смотрел в окно. Туча тоже посмотрел и вздрогнул. С той стороны, в сплошной пелене дождя, угадывался хрупкий девичий силуэт. Он не мог видеть ее лица, но шкурой чувствовал, что она на него смотрит, и ни ливень, ни холод, ни грязное оконное стекло ей не помеха. В этот самый момент Туча понял — девчонка знает, что ключ у него. Это она следила за ним с той самой первой ночи. Удивительно, но даже этот факт не мог заставить его расстаться с ключом. Не сейчас. Может быть, чуть позже…

— Да не собирались мы никуда бежать! — Гальяно наконец пришел в себя и обрел дар речи. — Да вы что? Моя мамка знаете сколько сил потратила, чтобы путевку в этот ваш лагерь выбить?! Зачем мне сбегать?

— Хорошо, — Шаповалов кивнул, — допустим, бежать вы никуда не собирались, что все это, — он развел руками, — лишь последствия вашего легкомыслия и нежелания шагать в ногу с остальными, но вы, надеюсь, понимаете, какой чудовищный проступок совершили?

Они закивали, все четверо. То, что их исчезновение вызвало настоящий переполох, каждый прекрасно осознавал. Как и то, что наказание неминуемо. За таким человеком, как Шаповалов, не заржавеет.

Туча скосил взгляд на окно — девчонка исчезла. А может, ее и не было? Привиделась?

— Карцер! — коротко и веско сказал Шаповалов, вставая из-за стола. — На четыре часа всех!

— Антон Венедиктович! — вдруг заговорила молчавшая до этого медсестра, и на щеках ее полыхнул румянец. — Ну какой карцер?! Что вы такое говорите? Дети голодные, холодные! Их осмотреть нужно, накормить, в конце концов, а уже потом наказывать.

Туча заметил, как при слове «дети» болезненно поморщился Гальяно. Да уж, этот ребенком себя наверняка давно уже не считает.

Прежде чем ответить, Шаповалов долго молчал.

— Ну хорошо, — сказал он наконец. — Сегодня эта бравая четверка в вашем распоряжении, Леночка, но завтра сразу после завтрака эти господа отправятся в карцер! Я своих решений не меняю. А теперь предлагаю всем заняться делами. — Он, прихрамывая и опираясь на зонт-трость, вышел из сторожки.

— Ну? — Суворов обвел их мрачным взглядом. — Чего стоим? Марш в свою комнату переодеваться!

— А в медпункт? — Гальяно с надеждой посмотрел на медсестру.

— А зачем? — удивилась она.

— Как же — зачем?! А если мы простудимся?

— Вот когда простудитесь, тогда и приходите! — Она улыбнулась, но не сникшему Гальяно, а Суворову, сказала кокетливо: — Максим Дмитриевич, вы не проводите девушку в медпункт?

Гальяно громко, со свистом, втянул в себя воздух, бросил на Суворова испепеляющий взгляд, на который тот никак не отреагировал. Похоже, вожатый и в самом деле был очень зол.

— Провожу. — Суворов кивнул Леночке и тут же добавил, обращаясь уже к ним: — Обед через полчаса, так что поторопитесь. Никто вам отдельно стол накрывать не станет.

Они были уже в дверях, когда он снова их окликнул:

— Эй, архаровцы!

— Что? — за всех отозвался мрачный, как туча, Гальяно.

— Вы там, когда по лесу скакали, наш трофей часом не нашли?

— Какой трофей? — спросил Матвей.

— Нож.

— Нет. — Они ответили все вместе, в унисон, а Туча даже покивал головой.

— А разве вы не знаете, где его спрятали? — Матвей рассеянно пробежался пятерней по мокрым волосам.

— Я-то знаю, да вот только ящик пустой. Ящик есть, а ножа нет! Странно, не находите?

Они переглянулись: сначала Матвей с Дэном, потом Дэн с Гальяно, и уже все трое посмотрели на Тучу. В их глазах он видел одно и то же: нож мог взять тот страшный человек.

— А что это за гляделки? — тут же насторожился Суворов. — Что это вы там скрываете?

— Максим Дмитриевич. — Леночка коснулась его руки.

27